У Леши миллионы подписчиков, у Макса - горстка, но это интернет-взгляд. В реальном мире – настоящая Россия что-то слышала о Навальном, а Тесака молча поддерживает.

Посмотрите, как отреагировали журналисты на тюремную смерть Максима Марцинкевича. Он же Тесак. Все отписались. Да, СМИ чувствуют новости, но в данном случае сами не поняли, куда попали читателям.  

Внешне конец Тесака до краев наполнен конспирологией: на самоубийцу так же не похож, как крокодил на трепетную лань; последние лет пятнадцать его арестовывали за классику – статью 282 – разжигание вражды, и отпускали, вязали, и он освобождался. Выходил и вновь записывал ролики, где унижал то инородцев, то показавшихся ему педофилов, то педофилов взаправду. То есть убежденный максималист до не могу. Важно: он никого не калечил и не убивал. Не оттого, что против крови, а потому что понимает, как должен выглядеть в сознании своего народа. Так он по умолчанию стал лидером правой идеи. Москва – как точка приложения энергии – идеальное место. Ведь внутри Садового кольца большинство уверены, что за кольцом сразу начинается Италия.

Наконец, его отправили в лагерь на десятку, и он в следующем мае должен был выйти. И тут, 16 сентября – хлоп – разнервничался, разрезал себя, а перед этим оставил записку, мол, извините, правоохранительные органы, что я вам нервы мотал. Безусловно, репортеры смотрят в эту сторону, хотя о Тесаке говорить как-то не принято.

Он же нацик, сволочь нерукопожатная в мире всеобщей толерантности. Тем более, что параллельно гремит эпическая история с Навальным. Сравнивать не то что нельзя, а даже омерзительно. Порой хочется … нет, почти надо сказать – ну зарезали и черт с ним. До этого места и простирается умалчивание сокровенного. Не путать с искренним.

Смотрим на успех Навального. Крыть нечем: миллионы подписчиков, сторонники по всей стране, даже пропаганда вынуждена его обливать помоями. У оленевода спроси – слышал. Вот-вот Нобелевку вручат. Осторожно оборачиваемся на Тесака: там банально много каких-то грязных роликов в сети, а если новости, то про то, как сел или кому-то вмазал. Несравнимо. Нет, не так.

Про Навального, против Навального, за Навального может писать любой и где угодно. И ничего за это ему не будет. Если, конечно, ты не трудишься в правительственных медиа. А про Тесака – не советую.

Во-первых, это неприлично, если нет явного повода. Во-вторых, придется только плохо писать. Иначе огребешь даже не моральное осуждение, а для начала – Роскомнадзор плюс административное наказание, предваряющее ту самую статью "282". А теперь попробуем вернуться с работы домой.

Как часто вы с женой обсуждали Навального? Так это я про Петербург и Москву, что категорически не Россия. Представьте себе ужин под рюмку, например, в Костроме. И я про тоже. Понятно, что не про Тесака, но ведь без про "понаехали" редко обходится.

А теперь находим ресурс и подключаем социологов, допустим, из мощного Левада-центра. Ставим задачу: анонимно и веером нас же поспрашивать, какие поступки нам милее – обнародование очередного кремлевского особняка или рычание в сторону мигрантов. На этом тотализаторе я бы на победу Навального не поставил.

Что касается аналогии в высшем смысле, то народных лидеров, плохих и хороших, так мало, что кома Навального и смерть Тесака это лишь выдавливает на поверхность. Отсюда и объемное общественное подозрение. Как в той советской комедии: "Меня терзают смутные сомнения. У Шпака – магнитофон, у посла – медальон".

Правая идея сильна именно тем, что о ней не кричат. Она внутри многих, просто эти многие не формулируют для себя до конца. А государство борется при помощи городового и печатания идиотских постеров про дружбу народов.   

Раз уж я так разошелся, то вот вам краткий синопсис фильма-антиутопии: где-то там за облаками, обалдев от белорусских протестов, вспомнили, что Тесак скоро вырвется на волю. Его сторонники не видны, но тайная полиция просчитала их масштаб. Это вам не навальнята, кто сдачи гвардейцу дать не то, что не могут, а и не хотят. И верховный мудро почуял: если бы в Минске митингующим помогли футбольные фанаты, так Лукашенко с семьей уже бы проживал в Крыму.

Евгений Вышенков,
47news